Приветствую Вас Гость
Суббота
15 Декабря 2018
14:24

Perovo City

Меню сайта
Форма входа
Календарь новостей
«  Декабрь 2018  »
ПнВтСрЧтПтСбВс
     12
3456789
10111213141516
17181920212223
24252627282930
31
Поиск
Друзья сайта
Статистика

Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0
Наш опрос
К какой возрастной категории Вы относитесь? Этот опрос повлияет на дальнейшее развитие сайта!
Всего ответов: 247




Перово — один из московских жилых районов со стандартными пяти-десятиэтажными домами. Несмотря на, казалось бы, почти неотличимый вид его от других, Перово хорошо тем, что оно спокойнее, зеленее, как-то приветливее, чем многие похожие на него районы. Застроенное во второй половине XX столетия стандартными коробками жилых домов и предприятий, почти неотличимо от других окраинных районов Москвы. Может быть только, зелени здесь чуть побольше, и нет таких ветров, как на широких проспектах более поздних новостроек. От прошедших времен тут кроме старой церкви Знамения, что находится на улице С.Лазо  и остатков когда-то огромного Перовского парка с прудом ничего не осталось. А ведь в этих местах стояла усадьба, спроектированная самим Растрелли. И хотя она, как впрочем, и все остальные материальные свидетельства прошлого, исчезла без следа, своеобразная история этих мест, полная всевозможных легенд и догадок, очень любопытна.


 


Пожалуй, ни одно подмосковное село не знало такого множества легенд, связанных с самыми громкими именами и не имеющих под собой никакого основания. Само собой разумеется, легенде нет необходимости ссылаться на номер архивного дела: иначе она перестала бы быть легендой, нет нужды искать поддержки даже в воспоминаниях - человеческая память далеко не безупречна в попытках сохранять собственно факты.


   Перовские легенды пересказывались во множестве вариантов, чтобы к нашим дням сложиться в некую как бы удостоверенную временем и признанную единственно возможной версию. Здесь и князья Черкасские с их единственной богатейшей наследницей, пополнившей в дальнейшем и без того сказочное состояние Шереметевых. Здесь и Голицыны, якобы владевшие Перовом в петровское время. А главное - Алексей Разумовский, полуграмотный украинский певчий, ставший фаворитом Елизаветы Петровны.


   Введенные в обиход путеводителями и справочниками последней четверти прошлого столетия, легенды с годами стали восприниматься неопровержимыми фактами, да и кому бы пришло в голову проверять то, что стало общим местом для каждого нового связанного с Перовом издания. И если мне все же понадобилось пересмотреть собственно документы по Перову, виной тому множество неясностей в первых архитектурных опытах прославленного зодчего В.В.Растрелли...


   Испытывавшая предубеждение против всех, кого поддерживала и выделяла ее предшественница Анна Иоанновна, императрица Елизавета Петровна делает исключение для Растрелли. Почти сразу после Оперного дома в Лефортове он получает новый заказ - на дворец в Перове. Каждый свой приезд в старую столицу Елизавета Петровна непременно несколько дней проводит в Перове, не жалеет денег на украшение дворца, но и сама же принимает решение о его разборке. В 1753 г. Перовский дворец был разобран для использования материалов при починке незадолго перед тем сгоревшего дворца в Лефортове - так называемого Головинского. Современники усматривали в этом прямую связь с переменами, произошедшими в личной жизни императрицы. Первоначально Перово было подарено Елизаветой ее любимцу Алексею Разумовскому. Но в 1752 г. место старого фаворита перешло к новому - И.И.Шувалову. Хранить старое гнездо императрица, по всей видимости, не собиралась.


 


   Сегодня от дворца сохранились только авторские чертежи. Занятый многочисленными стройками в Петербурге, Растрелли не имел возможности самостоятельно наблюдать за возведением Перовского дворца. Эта работа была поручена талантливому архитектору А.П.Евлашеву. Документация дворца, несомненно, существовала; ее только следовало найти, а кстати, и уточнить обстоятельства истории Перова.


   Оставалось непонятным название поселения. Писцовая книга 1573-1574 гг. содержала первое подробное описание "перовских" земель, которые в это время составляли владение одного из служилых дворян Никиты Гаврилова Спасителева: пустошь Бортная - пашни 37 четьи с осминою в поле, пустошь Пирогово той же меры и пустошь Тетеревникова. Васильцов стан - административная единица, в которую "перовские" земли входили, имела едва ли не самое большое количество по сравнению с другими примыкавшими к Москве станами невозделанных земель и опустевших селений.


   В следующей по времени писцовой книге 1576-1578 гг. будущая "перовская" земля уже числится за другими владельцами - Михайлой и Романом Шокуровыми, которым "дано из достальных из порожних земель Никитинское поместье Спасителева". Примечательно, что если четырьмя годами раньше эти земли определялись как "худые", то теперь уже - как "середние". По-видимому, их начали возделывать и получать с них урожай.


   Земля была основной наградой за службу. Давалась она, когда отмечались те или иные заслуги награждаемого, и в зависимости от значительности заслуг росла ценность земли. Имена Шокуровых встречались в Дворцовых разрядах, отмечавших все перемещения по службе служилых дворян, до конца 1610-х гг. В 1618 г. Москва готовится к обороне против польского королевича Владислава, и Михаила Шокуров получает назначение стоять в Яузских воротах Белого города вместе с князем П.Н.Звенигородским. В 1622 г. поместье Шокуровых передается князьям Федору и Ивану Борисовичам Татевым.


 


   Свойственники князей Пожарских, из одного с ними рода удельных князей Стародубских, были Татевы причастны ко многим перипетиям Смутного времени. Отец братьев, князь Борис Петрович, принял сторону Лжедмитрия. Состоял он воеводой в Борисове городке и, не задумываясь, отправился навстречу Лжедмитрию в Путивль, вместе с ним двинулся на Тулу, получив в командование сторожевой полк, и за верную службу тут же был возведен Самозванцем в боярство. Сумел заслужить Борис Татев доверие и "боярского царя" Василия Шуйского, вместе с известным полководцем М.В.Скопиным-Шуйским защищал от повстанцев Ивана Болотникова Серпуховские ворота Москвы. Он сражался с ними на Угре и на Пчельне, где, командуя "большим полком", бывший воевода и был убит.


   Единственные оставшиеся к тому времени в живых сыновья князя - Федор и Иван Татевы - ничем ни по службе, ни при дворе не отличались, потому и пожалованные им земли (оба они в качестве выборных подписали грамоту об избрании на царство Михаила Романова) значительной ценности не представляли. Пустоши Бортное-Тетеревниково и Перово находятся в забросе - недаром почти вдвое сокращается и количество сена, которое на них косилось, да и отдельно говорится, что едва ли не половина пашни поросла лесом.


                                                             Но получение даже такого "худого" поместья было добрым знаком в отношении продвижения на царской службе. На первой свадьбе Михаила Романова с Марьей Долгоруковой Федор шел перед государем "с колпаком", а Иван находился "в поезду" государя. На приеме датского посла оба они присутствуют как "рынды в белом платье", а в 1627 г. производятся в стольники. Федор Татев тут же получает назначение в Переяславль-Рязанский "в передовой полк", а Иван - в Тульский разряд "в передовой полк".


   Только ничто так ярко не свидетельствовало о положении всего рода Татевых, как споры о местничестве. "Вместно" или "не вместно" занять предлагаемую должность? Не дай Бог, когда ее занимал человек "худший родом". "Вместно" или "не вместно" нести службу вмес-те с представителями той или иной семьи, тем более сесть за царский стол рядом с "выскочкой" или ниже "худородного"? Таким спорам придавалось значение исключительное, разбирались они доскональнейшим образом, доходили до царского стола и решения. Братья Татевы с успехом выиграли спор с князем Юрием Звенигородским, а Андрея Плещеева посадили "за бесчестье" в тюрьму. Только с князем Ф.С.Куракиным Федор Татев тяжбы не выиграл, что не помешало ему выдать за обидчика свою дочь княжну Евдокию, за которой в приданое и перешли в куракинский род земли нынешнего Перова.

 

   В трудные для Московского государства годы начала XVII в. Куракины выступали противниками Татевых. Брат Федора Куракина Иван участвовал в заговоре Василия Шуйского против Самозванца в 1606 г., но после восшествия на престол "боярского царя", как называли Шуйского, находился в числе бояр, требовавших ограничения самодержавной власти. В 1608 г. разбил И.С.Куракин на берегу Москвы-реки отряды Лисовского, а в 1614 г. охранял Москву от крымцев.

  

   Сам Федор Куракин играет при новом царском дворе достаточно заметную роль. Сразу после избрания Михаила Романова выступает он на приеме Кизылбаского посла в рындах, в 1615 г. в качестве стольника и воеводы его посылают против поляков, и в декабре того же года он наносит поражение отрядам Лисовского у Переяславля. В 1617 г. он выступает рындой при приеме Мунгальского посла. А десятью годами позже Ф.С.Куракин "ходил воеводой на Крымские границы", в 1643 г. был воеводой в Туле, а в 1646 г. вместе со званием боярина получил назначение первым воеводой в Астрахани.

 


 
Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0